ПОЛНАЯ РАСШИФРОВКА: Обсудили ситуацию на Донбассе, фейки украинских властей с Бабченко и Порошенко, арест журналиста Вышинского, а также вино и шашлык.
Гремингер рассказал об отсутствии "политической воли" для выполнения Минских соглашений, призвал власти Украины выпустить Вышинского, заявил о вреде фейков для репутации Украины. Кроме того, генсек ОБСЕ призвал власти Армении рассмотреть его предложения по изменению избирательного законодательства страны.
Гремингер: Алло!
Лексус-Вован: Алло!
Гремингер: Здравствуйте! Говорит Томас Гремингер, генеральный секретарь ОБСЕ.
Лексус-Вован: Доброе утро, господин генеральный секретарь! Говорит премьер-министр Армении Пашинян. Как ваши дела?
Гремингер: У меня все хорошо, господин премьер-министр, очень рад слышать вас.
Лексус-Вован: Спасибо!
Гремингер: Я хотел поздравить вас с избранием на должность премьер-министра.
Лексус-Вован: Благодарю за поздравления! Рад слышать вас. Вы один из первых, кто позвонил мне из-за рубежа, поэтому я очень рад поговорить с вами сейчас.
Гремингер: Господин премьер-министр, я всего лишь хочу заверить вас в поддержке ОБСЕ в проведении любых реформ, которые вы намерены предпринять в Армении. В частности, я читал про ваши планы обновить избирательный кодекс в преддверии выборов, и я просто хотел вам сообщить, что ОБСЕ и, в частности, Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ, готовы поддержать вас в этом начинании. Как вам известно, БДИПЧ также осуществляло мониторинг на последних выборах в Армении и направило ряд рекомендаций вашим властям, и, возможно, эти рекомендаций могли бы стать для вас интересной отправной точкой в рамках внесения изменений в избирательный кодекс. Хочу заверить вас в нашей готовности поддержать вас в этом деле.
Лексус-Вован: Да, конечно, ваши рекомендации очень важны для нас.
Гремингер: Кроме того, я с нетерпением жду возможности встретиться с вами лично в сентябре или, если вы сочтете это целесообразным, ранее этого срока.
Лексус-Вован: Кроме того, я бы также хотел поговорить и о другом конфликте в Донбассе.
Гремингер: Да. Да.
Лексус-Вован: Мне недавно поступил звонок от президента Украины.
Гремингер: Да.
Лексус-Вован: И он попросил меня присоединиться к данному процессу. Я говорю о процессе приглашения миротворцев в регион. Какая ваша точка зрения по этому поводу? Это целесообразно или нет?
Гремингер: Что касается миссии миротворцев ООН в Донбассе, то данная идея рассматривается на официальном или неофициальном уровне. По-прежнему существуют разногласия. Я не совсем уверен, что в ближайшее время нам удастся прийти к консенсусу по миротворческой миссии.
Лексус-Вован: Как вам известно, происходят многочисленные нарушения достигнутых соглашений - и я говорю о Минских соглашениях -...
Гремингер: Конечно.
Лексус-Вован:... со стороны Украины, конечно, наблюдаются нарушения таких соглашений в этом регионе. И это нехорошо.
Гремингер: Да.
Лексус-Вован: Но, в любом случае, я надеюсь, на вашу поддержку.
Гремингер: Конечно. Конечно. Мы очень активно работаем в рамках Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ на Украине: мы контролируем течение данного конфликта, мы ведем работу "на земле" с тем, чтобы предотвратить эскалацию конфликта. ОБСЕ руководит работой Трехсторонней контактной группы, встречи в рамках которой проходят каждые две недели в Минске. Такая группа, полагаю, осуществляет временный контроль за течением конфликта, и нам следует перейти к его разрешению. И в этом отношении нам крайне необходимы новые политические импульсы, которые в идеале поступят от "Нормандской четверки" или по итогам переговоров между Америкой и Россией. На настоящий момент, очевидно, недостаточно политических ориентиров, которые позволили бы приступить к выполнению условий Минских соглашений. Можно сказать, что сейчас ситуация зашла в политический тупик. Боюсь, что сейчас дела обстоят именно так.
Лексус-Вован: Хорошо. Вы считаете, что процесс выполнения условий Минских соглашений зашел в тупик?
Гремингер: Не существует способа обойти выполнение Минских соглашений, но мы зашли в тупик. Не хватает политической воли со стороны ключевых заинтересованных сторон, чтобы на деле выполнить все положения, политические положения, положение по обеспечению безопасности Минских соглашений. Сейчас, боюсь, мы не движемся в сторону выполнения этих условий и реального разрешения конфликта.
Лексус-Вован: Мне бы просто хотелось узнать лично для себя, кто виновен в том, что процесс остановился.
Гремингер: Я полагаю, что... Минские соглашения содержат ряд взаимосвязанных условий политического характера и условий по обеспечению безопасности, и полагаю, что сейчас недостаточно политической воли для того, чтобы выполнить и первые, и вторые условия. Полагаю, в Киеве не хватает [политической] воли для того, чтобы предпринять конкретные действия по выполнению политических условий. При этом отсутствует действенный стимул к тому, чтобы действительно установить всеобъемлющий и продолжительный режим прекращения огня в Донбассе. Не обеспечивается планомерный вывод тяжелых вооружений. Поэтому отмечается недостаток политической воли, которая необходима для того, чтобы действительно добиться прогресса в данном вопросе. Как мне представляется, такой политической воли не хватает с обеих сторон. Выдвигаются взаимные обвинения. Россия обвиняет Украину, а Украина обвиняет Россию. Но если присмотреться внимательнее, полагаю, необходимо, чтобы обе стороны сделали важные шаги, если мы хотим увидеть прогресс в выполнении условий Минских соглашений.
Лексус-Вован: Да. Понятно. Надеюсь, что нашими силами в этом регионе будет установлен мир и что мир будет во всей Европе.
Гремингер: Хорошо. Большое спасибо! И отдельное спасибо за этот весьма содержательный разговор с вами, господин премьер-министр.
Лексус-Вован: Хорошего дня! Всего доброго! До свидания!
Гремингер: Спасибо! До свидания!ВТОРОЙ РАЗГОВОР:Лексус-Вован: Алло! Генеральный секретарь?
Гремингер: Да! Премьер-министр, доброе утро!
Лексус-Вован: Рад Вас слышать.
Гремингер: Взаимно, взаимно. Рад возможности снова с Вами пообщаться.
Лексус-Вован: В отношении диалога с Украиной, знаете, случай с Бабченко был достаточно... достаточно скверным, думаю.
Гремингер: (Генеральный секретарь смеется)
Лексус-Вован: И что произошло с журналистом, которого убили, и потом его воскресили спецслужбы. Я думаю, это все было неправильно.
Гремингер: Согласен с Вашим мнением, Премьер-министр. Я думаю, это было контр-продуктивно.
Лексус-Вован: И знаете, они использовали фотографию с изображением моего лица в качестве фото предполагаемого убийцы Бабченко. Они использовали мою фотографию как фото убийцы.
Гремингер: Понял. Да? Вау! О!
Лексус-Вован: Это было неправильно.
Гремингер: Это не смешно. Да.
Лексус-Вован: Это было ужасно.
Гремингер: Да, определенно. Как Вы, полагаю, видели... было много международной критики. Даже от многих друзей Украины... Они не поняли такой ... эээ... способ... эээ... защиты этого журналиста. Я думаю, многие из нас полагают, что были другие способы защиты этого журналиста, которые бы... не подрывали международные процессы информацией, передаваемой украинскими властями.
Лексус-Вован: Да, я согласен. И один из моих друзей - Премьер-министр Украины Гройсман. Он в Ереване сейчас (смеётся) со мной.
Гремингер: Хорошо. Вы с ним поделились своим мнением?
Лексус-Вован: Он сказал мне, что это была провокация президента. (смеется) Он говорит, что он не виновен.
Гремингер: О! Хорошо. (смеется)
Лексус-Вован: Если вы не против, я дам ему возможность поговорить с вами. Если Вы не против.
Гремингер: Хорошо. Да, конечно.
Лексус-Вован: Он будет с переводчиком, потому что он говорит на украинском, русском. Если позволите.
Гремингер: Хорошо.
В разговор вступает пранкер в роли премьера Гройсмана:
Лексус-Вован: Доброго дня, господин Генеральный секретарь!
Гремингер: Премьер-министр Гройсман, такая неожиданность, что мы с Вами сейчас говорим.
Лексус-Вован: Да, я напросился к господину Премьер-министру Пашиняну, чтобы хотя бы пару слов с Вами переговорить по поводу этой ситуации нехорошей с господином журналистом, с инсценировкой его убийства.
Гремингер: Ок.
Лексус-Вован: Нам очень стыдно за эту ситуацию, но все это придумал, к сожалению, господин Президент Петр Порошенко. И сейчас он не хочет перед мировым сообществом как-то извиняться.
Гремингер: Да.
Лексус-Вован: Но господин Порошенко отказался. Он считает, что его идея замечательная. И он искренне не понимает, почему мировое сообщество отказалось считать его... инсценировку этого убийства его блестящей спецоперацией.
Гремингер: (смеется) Да-да. Я понимаю Вас. Это было... я думаю... не было хорошо принято большинством представителей международного сообщества.
Лексус-Вован: Я Вам признаюсь, что он предложил устроить ещё одну инсценировку в ближайшее время, тоже с участием журналистов. И он сам себя туда уже хотел... вставить, в этот сценарий, но мне кажется, что эта идея уже переходит все границы. И он хотел на следующей неделе устроить якобы покушение на него, на президента. Фейковое покушение. И он сказал, что инсценирует это покушение на себя и обвинит, как всегда, Россию, что Россия пыталась его убить, отравить каким-то ядом. Но потом он воскреснет. Якобы как история Скрипалей в Великобритании.
Гремингер: Но это звучит безумно.
Лексус-Вован: Я так ему и сказал.
Но, к сожалению, он не хочет меня слушать. Может быть, Вы как-то ему позвоните и попробуете его переубедить в этом? Я просто уже не знаю... Я понимаю прекрасно, что это будет ещё одно пятно позора на репутации нашей страны в мире.
Гремингер: Я буду в Киеве в середине июля. И я бы, конечно, хотел снова пообщаться с Президентом Порошенко. Но я думаю, что будет... Я думаю, что будет странно, если я ему буду звонить до этого. Я, конечно, заинтересован, чтобы у нас снова состоялась серьезная встреча и серьезный разговор с ним в середине июля. Возможно, через Вас, Премьер-министр... я думаю, я хотел бы передать сообщение Президенту. Я думаю... я думаю, что ему не стоит подрывать репутацию... своего правительства и Украины, инсценируя такой... инцидент. Я думаю, это контр-продуктивно.
Лексус-Вован: Я так ему и говорю, но, к сожалению, он сейчас не слушает вменяемых людей и он уверен, что вот эта инсценировка все исправит и победит как-то Россию. Ладно... Спасибо Вам за разговор. Не буду отвлекать Вас от Премьер-министра Пашиняна. Иии... Так что я Вас извещаю, что, если Вы услышите какую-то безумную новость на следующей неделе, знайте, что это господин Порошенко самостоятельно устраивает очередные... спектакли. Мы попытаемся это как-то остановить.
Гремингер: Спасибо Вам за разговор.
Далее снова премьер Пашинян.
Лексус-Вован: Алло! Это снова Премьер-министр Пашинян. (смеется) Извините, что я Вам дал пообщаться с Премьер-министром Украины. Мы друзья.
Гремингер: Хорошо. Для меня было честью. Спасибо. Я думаю... Я думаю... Знаете, одну вещь хочу сказать... Конечно, свобода СМИ в Украине - это, правда, важная проблема. И все усилия, которые Премьер-министр сможет предпринять для того, чтобы защитить свободу СМИ в Украине, - это, я думаю, очень положительно будет оценено международным сообществом. И... Но... Выражая поддержку журналистам, разрешая критику, я думаю, это способ... знаете... получить одобрение со стороны международного сообщества... за уважение свободы СМИ.
Лексус-Вован: Мы также обсуждали дело журналиста Вышинского в Украине. Может быть, Вы знаете его. Он тоже был арестован в Украине за то, что он работал в Риа-новости.
Гремингер: Да. Я знаю это имя. Оно на повестке у Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ, Арлема Дезира. Он написал письмо в защиту этого журналиста украинским властям.
Лексус-Вован: Я бы хотел узнать Ваше мнение об этом. Он (Гройсман) пытался заставить меня принять его за террориста. Но нет.
Гремингер: Опять же, я думаю, это возвращает нас к вопросу свободы СМИ. Я думаю, что необходимо уважать всю критику. Думаю, что это, определённо, контр-продуктивно также с точки зрения международной репутации Украины. Людей... эээ... журналистов сажают в тюрьму, заставляют молчать... Не думаю, что Украина хочет, чтобы международное сообщество ее так воспринимало.
Лексус-Вован: Думаю ли я, что Вы можете порекомендовать мне посоветовать моему другу, Премьер-министру Гройсману, что намного лучше его освободить (журналиста)?
Гремингер: (смеется) Я... я думаю, что международное сообщество это хорошо воспримет. (смеется) И я думаю, что это может многих удивить. Я бы это точно приветствовал. И я думаю, что международное сообщество к этому хорошо отнесется.
Лексус-Вован: (смеется) Мы его (Гройсмана) заставим это понять. (смеется) Спасибо за Ваш совет. (смеется)
Гремингер: (смеется)
Лексус-Вован: И я буду ждать Вашего визита в сентябре.
Гремингер: Конечно. Большое спасибо, Премьер-министр. Если захотите, можете звонить мне в любое время. С нетерпением буду ждать нашей встречи в середине сентября в Ереване.
Лексус-Вован: Конечно. Я буду очень рад Вас видеть. Лучший шашлык и вино уже готовы.
Гремингер: (смеется) Хорошо, отлично! (смеются) Еще раз передайте от меня наилучшие пожелания Премьер-министру Гройсману. Желаю Вам хорошего дня!
Лексус-Вован: Гройсман уже напился. Он со мной.
Гремингер: (смеется) Хорошо. Спасибо большое, хорошего дня Премьер-министр. До свидания!
https://stfw.ru

Представитель США в Североатлантическом альянсе Кей Бейли Хатчисон заявила, что Вашингтон не будет размещать в Польше постоянную американскую военную базу. Предложение построить такую базу на польские деньги было попыткой официальной Варшавы наладить отношения с США, ухудшившиеся после принятия закона об Институте национальной памяти. Но умилостивить администрацию Дональда Трампа не удалось: Белый дом непреклонен в требованиях изменить историческую политику Польши.После прихода к власти в США Дональда Трампа международные отношения стали похожи на "американские горки", в которых вертикальный взлет сменяется таким же падением, стремительно развивающийся процесс в любой момент может повернуть вспять, а каждое событие - смениться своей противоположностью.Возможно, самая яркая иллюстрация этого нового стиля - отношения Польши и США.Когда Дональд Трамп выиграл президентские выборы, у польских властей это вызвало противоречивые чувства. С одной стороны, в Белый дом пришел единомышленник и потенциальный идеологический союзник "Права и справедливости". С другой стороны, настораживали стремление Трампа "поладить" с Россией, дифирамбы в адрес Владимира Путина и заявления о том, что НАТО - устаревшая организация, а союзники США должны уметь защищать себя сами и не перекладывать на Америку свои проблемы.После визита Трампа в Варшаву летом прошлого года все сомнения вытеснила эйфория. Идеологический союз правоконсервативных Америки Трампа и Польши Качиньского состоялся, причем направлен он был в первую очередь против Западной Европы во главе с либеральной Германией, с которой к тому времени испортились отношения и у Бельведера, и у Белого дома."Поладить" же с Россией Трампу не дали внутриполитическая борьба и противодействие ответственных за внешнюю политику вашингтонских институтов. Значимость Польши как ключевой европейской страны в деле "сдерживания" России сохранилась, а сверх того добавилось звание главного (после "брексита") союзника Америки в Европейском союзе.Было от чего впасть в эйфорию.Но спустя всего полгода казавшиеся безоблачными польско-американские отношения испортились так же резко, как портится погода на балтийском побережье.Идеальный штиль сменило глухое взаимное недовольство друг другом, вызванное польскими поправками к закону об Институте национальной памяти и ответным американским законом о реституции собственности жертв Холокоста.Закон 447, или JUST - "Справедливость для выживших, оставшихся без компенсации", принятый Конгрессом США и подписанный Дональдом Трампом, касается не одной Польши, а всех стран, на территории которых проводился геноцид еврейского населения. Но во всём мире он был воспринят в первую очередь как наказание Польши за поправки к закону об Институте национальной памяти, названные на Западе "законом о Холокосте".В Вашингтоне резко негативно отнеслись к исторической политике Варшавы. Запрет называть Польшу ответственной за преступления нацистов на ее территории и использовать выражение "польские концлагеря" трактуется чуть ли не как попытка отрицания Холокоста.В Госдепартаменте заявили, что "закон о Холокосте" осложнит дипломатические отношения Польши с другими странами, имея в виду как Израиль, так и Соединенные Штаты.После такой реакции решение США добиваться возвращения собственности жертв Холокоста от стран, к которым это имущество перешло, воспринимается как американская месть полякам.В случае скрупулезного выполнения Госдепартаментом закона 447 Польше придется выплатить еврейским мемориальным организациям порядка 300 миллиардов долларов. Чтобы выбить из Варшавы эти деньги, могут пустить в ход финансовый шантаж и экономические санкции. Американские пошлины на сталь и алюминий из стран ЕС показали, что нынешняя администрация не останавливается перед такими мерами давления на европейцев.Капитолий с Белым домом находят и другие способы дать понять польским союзникам, что они у Америки больше не в фаворе.Президент Польши Анджей Дуда во время недавнего визита в США столкнулся с публичным дипломатическим унижением: с ним не встретился не только президент Трамп, но и вообще никто из высших федеральных чиновников в Вашингтоне.Предложение польского Минобороны разместить в стране постоянную военную базу США в таком контексте было попыткой задобрить американцев, не меняя своей исторической политики. Оно явно было подготовлено с учетом идеологии и психологии Дональда Трампа.Понимая, что Трамп не Обама и слезливых просьб защитить своих верных союзников от внешней угрозы слушать не станет, в Варшаве решили купить у него геополитическую услугу и предложили заплатить за американскую бронетанковую бригаду до 2 миллиардов евро.За свои деньги Варшава получала бы от американской бронетанковой бригады нечто большее, чем военная безопасность. Постоянная военная база США на границах НАТО с Россией привязала бы Америку к Польше, сделала бы Третью Речь Посполитую главным американским союзником в Европе, оттеснив Великобританию.Кроме того, она привнесла бы польский фактор в российско-американские отношения, укрепила бы статус Польши как ключевой страны "восточного фланга НАТО" и повысила ее роль в ЕС, а также способствовала бы восстановлению польско-американских отношений.Но Трамп на сделку не пошел.США официально отказались от предложения Польши разместить за свой счет на своей территории постоянную военную базу.В Польше не будет постоянного размещения американских войск, заявила Польскому радио представитель США в Североатлантическом альянсе Кей Бейли Хатчисон. "Соединенные Штаты не предприняли по этому вопросу никаких действий", - сказала Хатчисон. По ее словам, Польша является "отличным союзником" США и "сильной частью" НАТО, но сейчас Вашингтон не планирует открывать базу на польской территории."Если бы когда-либо этот вопрос рассматривался, мы бы приняли во внимание множество разных факторов. Но пока нет", - добавила американский постпред в штаб-квартире НАТО.Мотивы американской стороны подробно разъяснил полякам бывший главнокомандующий Вооруженными силами США в Европе Бен Ходжес. Что характерно, знатный антироссийский "ястреб", апологет милитаризации Восточной Европы и "сдерживания" России, большой поклонник Польши.В статье для влиятельного американского издания Politico Бен Ходжес пишет: "Батальоны стоит разместить во всех странах восточного фланга - от Эстонии до Болгарии, включая Украину и Грузию. В этих странах действительно нужны системы ПВО и ПРО, а также военная полиция, эксперты по разведке и связи".То есть экс-главком EUCOM отказывает Польше в притязаниях на исключительную роль в европейском геополитическом раскладе, призывая равномерно распределить польские функции в стратегии "сдерживания" России между всеми американскими союзниками в Восточной Европе.Более того, Ходжес пишет, что американская военная база в Польше вызовет нарекания у стран Западной Европы, а для Америки недопустимо подвергать угрозе сплоченность союзников по НАТО. Учитывая политику Дональда Трампа, который уже уничтожил в трансатлантическом блоке всякую сплоченность и тараном рушит отношения с союзниками по НАТО, эта часть статьи либо глупость, либо откровенное издевательство.Америка Трампа не заключает сделок с тем, кто слабее ее или от нее зависит. Польша проверила это на собственном опыте.Варшава в очередной раз поставлена перед дилеммой: отказаться от проамериканского курса и перейти к самостоятельной внешней политике, целиком основанной на интересах Польши, или смириться с тем, что другая страна может вмешиваться во внутреннюю политику и заставлять менять ее, в том числе в таких чувствительных для поляков вопросах, как национальная память.Договориться с Америкой не получается. Но и ценность союза с ней становится всё менее очевидной. Раньше безоговорочная ориентация на США приносила верным американским союзникам одну выгоду. Теперь она приносит головную боль.
https://stfw.ru

https://stfw.ru

https://stfw.ru

"Литовские железные дороги" отказалисьот российской системы управления КЛУБУ, потому что Комитет по национальной безопасности и обороне (КНБО) Сейма Литвы счел ее небезопасной. Ранее КНБО признал небезопасными российские радиолокаторы "Урал", которые используют авиадиспетчеры. Теперь Литве придется менять системы управления на всех локомотивах и подвижных составах и заменять радиолокационное оборудование в аэропортах. Это далеко не самые яркие случаи, когда из госбюджета расходуются огромные суммы на прогрессирующую паранойю политиков, - навязчивый страх перед "русской угрозой" обходится стране в миллиарды евро убытков.  1. Ликвидация Игналинской АЭС Расходы на закрытие Игналинской атомной станции уже составляют около 1,5 миллиарда евро. Для окончательной остановки АЭС в течение следующих 20 лет нужно еще 1,5 миллиарда. При этом Брюссель угрожает прекратить финансирование проекта из-за Brexit и урезания бюджета ЕС.Перед литовцами маячит перспектива оплачивать остановку АЭС полностью за свой счет.На данный момент софинансирование закрытия "Игналинки" со стороны литовского бюджета составляет 15% от общей стоимости. Однако в Еврокомиссии заявляют, что вскоре эта цифра может вырасти втрое: в новом семилетнем бюджете ЕС вклад стран - членов Союза в финансирование проектов с европейским участием предлагают увеличить до 45%.В будущем эта доля еще более увеличится, и вероятно, что Литве придется в одиночку нести бремя расходов, связанных с закрытием атомной станции.Изначальная смета закрытия Игналинской АЭС в 1 миллиард евро уже превышена втрое и может вырасти еще, причем расплачиваться по этой смете литовцы будут из собственного кармана.Теперь подсчитаем примерные потери литовского бюджета от упущенных возможностей ИАЭС. Атомная станция на 120% покрывала потребности страны в электроэнергии и делала ее крупнейшим энергоэкспортером в Прибалтике. АЭС генерировала самое дешевое электричество в мире и делала Литву нечувствительной к колебаниям на рынке энергоносителей.В год ИАЭС вырабатывала до 12 миллиардов кВтч, при этом на момент закрытия энергия атомной станции стоила около 2 евроцентов за кВтч, а энергоэксперты утверждали, что "Игналинка" может бесперебойно работать еще 45 лет.Перемножьте эти цифры, и получится, что решение литовских властей избавиться от присутствия "Росатома" в Литве и выполнить требование Брюсселя, вступив в Евросоюз наперекор экономической целесообразности, стоило Литве более 10 миллиардов евро.2. Борьба с Островецкой АЭС После введения в эксплуатацию двух энергоблоков Островецкой АЭС производство электроэнергии в Республике Беларусь увеличится с 7,1 миллиарда до 18 миллиардов кВтч. Это не только позволит Беларуси полностью отказаться от импорта электроэнергии, но и обеспечит ее избыток в регионе, благодаря чему снизится стоимость белорусской энергопродукции, идущей на экспорт.Соседней Литве бы в этой ситуации только радоваться, тем более что президент Беларуси Александр Лукашенко неоднократно предлагал Вильнюсу участвовать в строительстве Островецкой АЭС, обещая взамен поставлять Литве продукцию атомной станции по цене ниже экспортной.Вместо этого литовские власти объявили Белорусскую АЭС угрозой национальной безопасности, запретили покупать продукцию соседской атомной станции и теперь тратят деньги на демонтаж всех линий электропередач, связывающих Литву с Беларусью.Сейм Литвы запретил БелАЭС использовать мощности Круонисской гидроэлектростанции. Кроме того, к 2020 году Вильнюс планирует демонтировать мощнейшую в Европе линию электропередач в направлении Беларуси, а в следующие пять лет - остальные четыре ЛЭП, связывающие Литву с "Синеокой".Стоимость демонтажа одной линии электропередач составляет примерно 24 миллиона евро. Сумму потерь литовской экономики из-за отказа от дешевой электроэнергии из Беларуси нельзя подсчитать даже приблизительно. 3. Выход из БРЭЛЛ Литовский оператор системы электропередачи Litgrid год назад подсчитал, что для синхронизации с сетями континентальной Европы и выхода из электрокольца БРЭЛЛ (Беларусь - Россия - Эстония - Латвия - Литва) Литовской Республике потребуется порядка 400 миллионов евро. С учетом сопутствующих затрат на модернизацию инфраструктуры общая стоимость проекта составит 643 миллиона евро.При этом всё идет к тому, что платить эти деньги Литва будет сама, поскольку Евросоюз демонстрирует упорное нежелание оплачивать выход стран Балтии из БРЭЛЛ.Отключение Прибалтики от БРЭЛЛ не попало в список приоритетных проектов Евросоюза, которым положено финансирование из общего бюджета ЕС. Представители Брюсселя раз за разом откладывают подписание документов о европейском софинансировании проекта.Еврокомиссия требует предоставить обоснования: зачем Литве, Латвии и Эстонии выходить из бесперебойно работающей энергосети с Россией и Беларусью и сталкиваться с риском перебоев в электроснабжении? Ничего, кроме пропагандистских штампов о "расставании с проклятым оккупационным прошлым", брюссельские чиновники в ответ получить не могут, поэтому деньги давать не спешат.
https://stfw.ru